НПО, промышленная аспирантура и право на риск: почему наука не «двигает» промышленность

Шансом на развитие и занятие технологических ниш воспользовалось меньше половины российских компаний. И если в ряде сфер, таких как финтех, российский бизнес поднялся на уровень мировых лидеров, то в большинстве сфер это не так. Об этом сказал сегодня на круглом столе, посвященном кадровому обеспечению технологического лидерства, на полях международной промышленной выставки «ИННОПРОМ» председатель РСПП Александр Шохин.


В исследовании, которое РСПП провело незадолго до выставки, говорится, что в ряде отраслей число компаний, воспользовавшихся возможностью импортозамещения – до 25%, в других – не больше 20%. При этом больше половины компаний даже не пытались использовать освободившиеся ниши для своего развития. Еще одна занимательная цифра: почти 80% компаний используют российские либо собственные технологические разработки. Плохая новость в том, что многие из них готовы вернуться на иностранные решения в случае их возвращения.

В качестве положительного примера технологического лидерства Шохин назвал проект ВСМ, который тянет за собой развитие ряда смежных отраслей. А вот в авиастроении, автопроме и других сферах таких проектов практически нет. Одна из причин в том, что очень ослаблена сфера научно-исследовательских работ и прикладных проектов – фактически эту сферу нужно восстанавливать заново. Об этом говорили и другие участники обсуждения.


По словам первого замминистра промышленности Василия Осьмакова, в стране больше 1,4 тыс. компаний, которые занимаются исследовательской работой, но собственные лаборатории есть только у 1%. Нередки ситуации, когда производители, которым нужно провести исследование, стоят в очереди больше года. Это сильно тормозит процесс разработок. Представители федеральных властей сходятся в том, что нужно создавать целые лабораторные холдинги совместного использования, которые позволят в разы ускорить исследовательскую работу бизнеса.

Еще один момент, который затронул Шохин – право на риск для бизнеса.


«Для венчурных инвесторов нормальна ситуация, когда из 10 проектов выстреливает 1. Но когда у бизнеса выстреливает один из десяти проектов, для Генпрокуратуры это повод возбудить уголовные дела», – посетовал глава РСПП.


По словам Осьмакова, «право на риск – это иллюзия», но действительно нужен какой-то режим, при котором компании смогут безопасно заниматься инвестициями в исследовательские проекты, например, кэшбек в случае успешной реализации. Таким кэшбеком бизнес сможет гасить, например, кредиты, взятые на развитие бизнеса.

Важный момент, который стал одной из общих тем для всех спикеров – восстановление научно-производственных объединений по типу тех, что существовали в СССР. Эта идея буквально витает в воздухе, но требует нормативно-правового регулирования. Кроме того, есть и принципиальная сложность во взаимодействии науки и бизнеса.


«Наука почти всегда государственная, бизнес, даже если он с госучастием, практически всегда частный. Любой акт взаимодействия акт локальной приватизации. Проблема в этих взаимоотношениях структурная, она заложена в самих институциях», – считает Осьмаков.

Впрочем, замминистра образования и науки Дмитрий Афанасьев рассказал, что Минобр готовит пилотный проект для такого НПО, который может стать началом для предприятий, способных оперативно внедрять на практике университетские разработки.


Еще одна важная вещь, о которой сказал Афанасьев – выход за пределы проектной логики на государственном уровне.


«В проектной логике мы стремимся достичь цели проекта. От проектов нужно двигаться к институтам. Эта логика обеспечит работу вдолгую и обеспечит технологическое лидерство», – отметил замминистра образования.

Иконка комментария

0

0

Необходимо авторизоваться